BRANNISTARKH [BRANNIS] ATRAU
БРАННИСТАРХ [БРАННИС] АТАРУ
LEAGUE OF DREAMERS [IN DARKNESS' EMBRACE] //ЛИГА МЕЧТАТЕЛЕЙ [В ОБЪЯТИЯХ ТЬМЫ]
travis fimmel [original]
человек//наследник семейства Артау
О ПЕРСОНАЖЕ
Родился - среди крови и грязи, клыков и когтей; волк, змея, медведь и множестве разных зверей, под которые надо мимикрировать, которыми надо быть, пусть что-то внутри воет от этого, скалит зубы и сжимает зло челюсти. Его дом - не для слабых телом и духом: Церера место жестокое и несправедливое, где надо ползти по трупам и костям, чтобы уловить хотя бы луч солнца, пусть и есть все шансы, быть выжженным его радиаций дотла. От крови не отмыться, пропитавшей насквозь оружие и кожу словно губку.
Семья - отец, мать, два брата. Браннис не знает, как именно мать решилась отказаться от своего уютного по сравнению с Церерой места, чтобы быть здесь, но уважает ее за это безмерно: проще жить в этом с самого начала, чем добровольно соединиться с циклом смерти. Айен-лан слишком сильно змея, слишком много копит в себе яда и кровь его слишком холодна, но Браннис помнит, как мерз он, не чувствуя чужого тепла, отвергаемый из-за своей природы - и холод его не пугает, разгоряченного битвами; даже напротив, ощущать всегда приятно. Лайс-лан бьется как птица в клетке, только вместо жажды свободы у него - непрошенный дар, а вместо прутьев - отсутствие шанса на обычную жизнь. С ним надо осторожней, мягче: Браннис учится и, кажется, даже получается, пусть руки его не созданы для ласки. Отец... Он давно потерял его, горячо любимого, терпеливого, готового выслушать любой глупый вопрос и неуклюже обнять, но зато обрел лидера. Будущего правителя и служить ему Браннис готов до последнего вздоха. До тех пор, пока он снова не изменится, став кем-то другим, не узнаваемым окончательно.
? - Эйнигель. Его жена, его, наверное, любовь; скорее всего, его погибель. За маской прячется змея, за змеей скрывается волчица, а за волчицей - голубка, слишком быстро понявшая, что с полыми костями и белыми перьями ей не выжить. Каждый день Браннис видит то одну, то другую, а иногда и сплетение всех созданий. Химера должна пугать, но не делает этого: он гладит ее, как научился с Лайсом, греется с ней как с Айеном, уважает за решение пойти глубже в грязь как мать - и любит как умеет за то, кем есть она сама. И если это его убьет, то что ж... На Церере умирали и не за такое.
? - Дециан. Он редкий зверь - лиса. Лисы не выживают на Церере: слишком яркие, приметные, шумные. Но Дециан пачкается пеплом битв, измазывает кровью морду и учится держать все свои звуки при себе. Семья может думать сколько угодно, что Браннис ничего не видит, но он знает достаточно. Делать ставки - любимое занятие каждого, кому не повезло родиться среди черных скал, и что такое еще одна в череде уже сделанных? В конце концов, это парная игра и напротив/напарником стоит самый подходящий для этого человек.
Победа - под ногами лежат трупы врагов и невинных провидцев, над головами горит ядерное солнце и в кои-то веки свежий воздух. С небес летит счастливый билет в виде избалованной девицы. Вкус триумфа настолько близок, что отдает на кончике языка осязаемым призраком. Но Браннис сидит в засаде, ожидая то ли добычи, то ли охотника. Ему есть, что терять, и есть, что обрести - остается только понять, на какую сторону приземлится подкинутая монета.
О ВАС
СВЯЗЬ С ВАМИ
ССЫЛКА НА ОСНОВНОЙ ПРОФИЛЬ (если аккаунт - твинк)
КАК ВЫ НАС НАШЛИ
много разных источников
СОГЛАСИЕ
играйте сколько хотите
ССЫЛКА НА АКЦИЮ
-
КЛОЧОК ИЗ ИСТОРИИ
Все происходит быстро и технично.
Браннис прилетает на место встречи с несколькими самыми молчаливыми наемниками, которых нашел вне привычных Атрау мест для найма. Одна из них — худая, невысокая, светло-русая, похожая на его жену — выходит первая: кутается в плащ, осторожно шагает и подает сигнал. Из тени деревьев выходят двое, однако прибор теплого видения выхватывает из полумрака еще человек десять.
Слова наемницы до слуха почти не доносятся. Обрывки фраз вычерчивают все лишь общими мазками, однако это не имеет значения. Стоящие рядом с ним парни направляют винтовки по самым крайним с разных сторон и нажимают на спусковые крючки; затем на следующих и так до тех пор, пока не остается чуть больше половины. Браннис жмет на передатчик и наемница скидывает свою маску: она бьет ладонью в горло, затем в солнечное сплетение, пах — другому попадает выстрел в ногу; по обоим попадает электрический заряд.
Наемники рядом продолжают стрелять. У каждого снаряды исключительно электрические: нужно будет допросить каждого, чтобы понять, кто именно держит поводки на другом конце, не обвитом вокруг шей семейства Эйнигель. И сделать это крайне быстро, чтобы никто не успел понять, к чему все идет и от какой участи надо спасаться.
Из десяти наемниками семьи оказываются шестеро. Браннис решает вернуть их в город почти сразу, как только узнает лица. Таким не доверяют никаких секретов, предпочитая держать слепыми исполнителями на подобные случаи — выносить пытки они обучены, а если расколются, то скажут только, что ничего не знают. К тому же, работают они не только на семью Эйни, а значит, что контракт на работу не эксклюзивный или же на это закрывают глаза. Ничего от таких не получишь, кроме траты времени.
Остальные же четверо... Брат Эйнигель под этим углом — лежащий на боку с чуть приоткрытым ртом, с упавшими на лицо нестриженными волосами — похож на нее; совсем еще мальчишка, только-только доросший до того, чтобы брать его на задания. Из укрытой десятки также лежит и ее кузен, который не особо одарен в ближнем бою, но метать и стрелять он может во что угодно и крайне метко. Кажется, он совсем недавно женился, и как переживший не так давно столь радостное событие Браннис ему сочувствует.
Из двойки подошедших к наемнице вид высокой темноволосой девушки вызывает больше всего удивления. То ли воспитанница, то ли дальняя родственница — Эйни-нис пыталась объяснить однажды, но на цепочке братьев-сестер и повторных браков Браннис сломался — она не должна была быть тут, больше заинтересованная бумажными делами. Последней же добычей оказался дядя. Как и обещала Эйнигель.
— Жалко пацана, — тихо замечает наемница. В ее серых глазах отражается даже искренняя грусть. Браннис думает, что это проблема: с таким она долго не проживет.
— И девка хороша, — басит наемник. Дыхание его чуть сбито из-за погрузки тел в космолет. Еще один, беловолосый, вытирающий со лба пот, смотрит на него с выгнутой бровью. Что не мешает ему начать ерошить волосы. — Что? Я же не слепой. Симпатичная.
— Толку-то, — замечает третий. Шрамы вгрызаются в его щеку. Кончики белых прядей щекочут их начало на скуле. — Жалко — это у пчел с первого сектора на попе. Они допустили ошибку и за нее заплатят.
Наемница поджимает губы, но возразить не решается. Ценитель женской красоты смиренно вздыхает. Браннис думает, что все они правы. Ему действительно жаль, но изменит это только одно: насколько быстро он их убьет и сколько будет пытать.
Таковы нравы Цереры. Изменить их можно только взяв под контроль всю планету. Поэтому семья Атрау делает все то, что делает, каким бы неприятным оно ни было. И еще потому, что хочет быть на вершине нового порядка.
Близкие Эйнигель оказываются в подвалах дома. Наемников отвозят в один из пабов, где приводят в чувство и ставят бутылки горячительного в качестве извинений. Тонкий намек должен быть достаточно ясным, а если нет — что ж, в жизни случается всякое. Со своими — на это задание — Браннис рассчитывает и добавляет бонуса за молчание.
Когда он убеждается, что все пленники надежно связаны, остались без оружия и капсул с ядом во рту, он поднимается и идет в спальню. Еще есть время принять душ и переодеться, чтобы приступить к самой неприятной части работы. Но стоит только открыть дверь, как Браннис видит ее.
Эйнигель. Чья семья сейчас находится парой этажей ниже.И впервые в жизни Браннис не знает, что сказать. И что делать дальше.
